Интернет-магазин принтов (моих)
icebr
tosainu
У меня есть лавка авторских принтов.
То есть все принты, которые там продаются, сделаны с моих пикч.
Я очень люблю торговать принтами.
Принты изготовлены в двух вариантах: на арт-бумаге для печати и на холсте, натянутом на подрамник.
При желании можно заказать только холст, он придет свернутым в колбасу и засунутым в обрезок канализационной трубы.
Труба - надежный страж мягкого и нежного принта.
Принты на холсте я отдаю печатать в хорошую печатню.
Принты на бумаге печатаю сама, потому что очень нравится.
Бумажные принты я печатаю на профи-принтере Epson SureColor P600. Бумага - Velvet Fine Art формата А3+.
Все бумажные принты доставляются покупателям в канализационной трубе, настолько хорошо она показала себя в качестве контейнера.
Трубу после можно использовать так: приставить к глазу торцевой стороной и поиграть в штурмана дальнего плавания (хотя у них бинокли на мостике, а не трубы), или приставить ко рту и что-нибудь сказать.
Если к принтам с пикч добавятся принты с фотографиями тюленей (я планирую это сделать), то вся тюленья выручка пойдет тюленям, то есть на содержание нашего реабилитационного центра.
Туда же идёт 20% выручки с продажи всех принтов.

Оригиналы пикч я пока больше не продаю и в ближайшее время не планирую.

Лавка расположена вот здесь: http://picturepicture.nethouse.ru/

Налетай-торопись-покупай-живопись!
25.02.2016


 

ЕЩЕ ОДИН ВЕРХНИЙ ПОСТ
icebr
tosainu
КУПИТЬ КНИЖКУ "МАЛЕНЬКАЯ ХНЯ" МОЖНО ТУТ нигде уже пока нельзя

КУПИТЬ КНИЖКУ "ПЯТЬДЕСЯТ ПЕРВАЯ ЗИМА НАФАНАИЛА ВИЛКИНА" МОЖНО в интернет-магазине издательства ЛАЙВБУК (доставка по России, вкл. Москву)

в интернет-магазине издательства МЕМОРИС (доставка повсюду, оплата PayPal)

в Москве - в магазинах “Москва”, “Республика”, “ОГИ”
КОНЧИЛАСЬ, но будет, наверное, переиздаваться

КУПИТЬ КНИЖКУ "КАРБИД И АМБРОЗИЯ": на Озоне http://www.ozon.ru/context/detail/id/19842184/, , в книжной лавке "Гиперион", в том числе онлайн ,в интернет-магазине издательства Меморис, в оффлайновых книжных.

КУПИТЬ КНИЖКУ "ЧЕМОДАННЫЙ РОМАН": на сайте издательства ЭКСМО = Сетбук, на Лабиринте, на Озоне.

____________________________________________


А больше мне нечего предъявить человечеству.

________________

вот ещё на случай, если вдруг кто опрометчиво захочет на мне жениться

ОКОНЧАНИЕ ТРИПА И БОНУС: КОРМЛЕНИЕ МЛАДЕНЦА
icebr
tosainu
Утром после шторма было солнечно и почти тепло. Мы вытащили промокшие спальники и пр. из Хивуса и поразвешивали их на высокую часть берега - сушиться. День прошел в заботах: надо было гулять по округе, пока Олег чинит двигатели. Забегая вперед, скажу - они так и не завелись: в шторм промокло не только наше барахло. Но утром мы еще не знали, что наш путь уже вплотную подобрался к финалу. Правда, он был уже обратным, мы ведь дошли до намеченной точки и возвращались назад. Всех, кого мы могли увидеть - овцебыков, моржей, песцов, белого медведя, птиц таких и сяких - мы уже увидели. Кроме, может быть, полярной совы вблизи и северных оленей, но сова не такой дурак, как медведь, чтобы лезть нарожон, а олени как будто в воду канули, хотя среди говен, изобилующих в тундре, преобладали говны песцов и оленей.

В общем, день прошел. К вечеру здорово похолодало. Жгли плавник, варили чай и собирались отходить ко сну. Тут выяснилось, что печка в Хивусе тоже не завелась. Начался сильный прилив. Воспользовавшись его услугами, джентльмены стянули лодку с косы, затащили ее в озерцо и привязали к новой палке. Прилив, между тем, поднимался все выше и уже дотянулся до мальчуковой палатки, которая в ночь шторма была в абсолютной безопасности. Перетащили повыше палатку и бревно, внутри которого горел костер для чайника. Потом поставили вторую палатку - нам с Олей Васик. А потом мы вспомнили, что забыли собрать с просушки наши спальники, пошли за ними и обнаружили, что - (...) - блядь -

Я думала, что главным моим (я говорю о себе в основном, потому что) и единственным сожалением будет невстреча с полярной совой, но к сове присоединился спальный мешок и сову победил. Просохшие за день и забытые спальники уже успели насосаться влаги. Мало того: они задубели, и в палатку мы их заносили как носилки.

На дворе, точней, на берегу моря Лаптевых, стоял нормальный минус. Небольшой, но вполне достойный. С ветром (несильным).

Эту ночь я не забуду никогда. Во-первых, потому что после нее мы с Олей Васик должны были, как честные люди, пожениться. Во-вторых, потому что мы случайно забрали к себе в палатку все (!!!) пенки, но, обнаружив это, не побежали раздавать их бедным, а молча постелили их один на другой, и меня почти до утра мучила совесть, что в моей биографии бывало не так уж и много раз. Спальников у нас тоже произошел некоторый избыток (избыток спальников! Хахаха, так не бывает), но один из них Оля выдернула из палатки и отнесла в лодку Олегу - видимо, не захотев иметь дела с совестью.
Согреться под мокрой фанерой нечего было и думать, но в палатке спальники довольно быстро оттаяли (к сожалению, не просохли). Колотясь и задрёмывая, я инстинктивно тянулась к теплу, источником которого безошибочно назначила Олю Васик. Был даже момент, когда я почти уснула; разбудил меня Олин голос.

- В Камасутре, - сказала Оля из-под груды тряпья, - эта поза называется "ложечка".

Пришлось ржать на всю тундру.

Потом меня стала беспокоить шапка. Она все время налезала мне на глаза, и я каждый раз вытаскивала руки из-под всего, подоткнутого вокруг, и поправляла шапку, как будто б она действительно мне мешала (уж не знаю, что делать. Фотографировать, наверное). Потом я согрелась, а потом захотела в тундру, но еще часа два надеялась, что пройдёт; возвращалась, изумляясь красотище невыносимой - всё вокруг было в инее и сверкало; потом солнце взошло повыше и обогрело всё, до чего дотянулось, но тут на палатку что-то с ужасающим грохотом обрушилось, я в последний раз открыла глаза, имея в виду увидеть медведя, увидела тень небольшой птички, сидевшей на верхушке распорки, и уснула.

В этот день для нас почти все самое интересное закончилось, но не сразу. К месту нашего - ээээ... нашей вынужденной стоянки подъехал квадрик, и всадники его спросили, не нуждаемся ли мы в помощи. Мы как раз в ней уже немножко нуждались, и всадники пообещали вернуться за нами на вездеходе. Но уехали не сразу, а, например, с одним из них, Ваней, мы пошли искать бивни мамонта. Парни именно этим в тундре и занимались; вообще, практически всё работоспособное население Хатанги и районных поселков летом ищет бивни и, что примечательно, находит. Бивни стоят дорого, хотя, как говорят, цена на них упала по сравнению с предыдущим годом вдвое: рынок наелся и сыто отрыгнул. Целые, светлого оттенка, без трещин - такие бивни считаются коллекционными и стоят десятки миллионов рублей. Их покупатели - коллекционеры с Ближнего Востока. Бивни потемнее, с дефектами - подешевле. Обломки бивней идут на вес в качестве поделочного сырья для сувенирки, в том числе в Китай. Кусок бивня, однако, вытягивает до полумиллиона. Люди берут кредиты в банке, покупают технику и экипировку и на два-три месяца в году делаются джентльменами удачи. Многим везёт.

Я нашла здоровенную кость: голень мамонта лежала поверх лишайника и уже сама успела покрыться мхом. Такие кости не имеют никакой ценности, поэтому их никто и не берет. А я взяла. Ну, просто потому, что голень мамонта возрастом 30 тыщ лет приятно подержать в руках. Я подердала ее метров 500, а остальные три километра ее держал Ваня (ну килограмм 8-9). Ваня уже додерживал кость, когда вдруг засмеялся: "прямо как в Африке - белая госпожа и местное население". Да ладно, - говорю, - в Арктике белая госпожа и местное население тоже вот". Долганин Ваня захохотал так, что голень мамонта выпала из его рук мне на ногу. Но не разбилась, что ей будет. Она осталась лежать на месте нашего кострища, потому что переть такую тяжесть сперва в Хатангу, потом в Красноярск, а потом во Владивосток мне показалось блажью. Какая я была балда. Сейчас бы в книжный шкап положила бы.
А потом они отвезли нас на стоянку Мертвая Голова (я что, так и не рассказала, почему она так называется?) , мы там переночевали в тепле, а утром улетели в Хатангу попутным вертолетом.

Олег остался на Мертвой голове ждать из Хатанги посылку с двигателем для Хивуса.

Всё.
Теперь только фоточки.
Чуть не забыла главное! Выразить благодарность. Вот клянус: от чистейшего сердца благодарю Виталия Горшкова, организовавшего эту поездку - за то, что она удалась и не закончилась при первых (и вторых, и третьих)) расхождениях со сценарием. Всё получилось даже лучше, чем, наверное, планировалось. И огромное спасибо участникам этого крышесносного эдвенчур-трипа - Максиму, Николаю, Ольге - с вами было замечательно.
А драйверу Олегу, чье спокойствие, терпение и самообладание достигли каких-то нездешних высот, я изо всех сил желаю удачищи - и ныне, и присно, и во веки.
________________________
Фоточки на десерт

Младенец сперва спал, его почти видно не было - завалился промеж дядь и тёть. Проснулся, как мне показалось, потому что мать среагировала на наше появление (ну как среагировала: подняла голову, оценила обстановку и решила, что мы фигня). Младенец потоптался по соседям, посмотрел на нас (решил, что мы фигня) и опять прильнул к мамашкиному животу.




Смотреть дальшеCollapse )

ШТОРМ
icebr
tosainu

Продолжу повествование.
Часть вторая, скучная.

Итак, благодаря канистре, безумию и отваге нам удалось уйти от крупных неприятностей типа "белый медведь съел половину экспедиции" и "выжившие участники экспедиции сгинули во льдах моря Лаптевых"; нам удалось даже добраться до Сибирского мыса на последнем литре бензина. Там нас с Олей Васик настигло желание немножечко вздремнуть, что мы и сделали (точнее, продолжили. Дрыхли-то мы половину чистой воды, а тут просто перевернулись на другой бок, если так можно выразиться: спали мы полусидя, на наваленных в лодку вещах). Проснулись от того, что Олег стал заправлять лодку топливом: оказывается, мы проспали и доставку топлива, и доставку наших вещей, которые мы оставили на Сибирском на пути в бухту Прончищевой.

Ближайшей целью было добраться до мыса Лопатка. Надо было успеть проскочить до шторма: в принципе, расстояние не слишком
большое - что-то порядка 60 километров вдоль побережья. Но штиль уже сменился довольно свежим ветерком, по воде вовсю плясала зыбь, а 600 литров топлива, взятые на Сибирском, здорово утяжелили Хивус. Короче говоря, перегруженная лодка не смогла набрать воздушную подушку на зыби. За два почти часа мы преодолели мучительные 10 километров (нормальная скорость у Хивуса - 60 км в час) и запарковались на галечной косе в прямой видимости Сибирского мыса. Ветер усиливался. Мечты о комфортном ночлеге в балках у геологов на Лопатке драбалызнулись со второй полки. Примерно двое суток шторма предстояло провести на пустой галечной косе: с одной стороны море Лаптевых, с другой небольшое намывное озерцо.

Олег полностью вывел лодку на косу, джентльмены забили в грунт (неглубокий - до мерзлоты) деревянный дрын, найденный на берегу, и привязали к нему Хивус.

Надо было начинать налаживать быт,
но сначала решили позавтракать. Стол накрыли в лодке. Виталий сварил кашу.

Внезапно в мой организм вошло невыносимое желание переодеться. И помыться. Сперва помыться, потом, соответсвенно, переодеться. На Лопатке была бы баня, но где Лопатка, а где мы! Я достала из рюкзака чистое исподнее, включая термуху и верхние порты, и, воспользовавшись тем, что все сидели в задраенном Хивусе, отошла за корму, по-быстрому разделась и искупалась в море. Подчеркиваю: в море Лаптевых. Мне было все равно, что вода в нем соленая и ледяная: главное, вода. Это был кайф. Особенно когда уже нарядилась в последние сухие и чистые термопортки плюс последние сухие и чистые портки парадно-полевые. А когда стала завязывать шнурок на кроссовке, одна нога на земле, другая на борту Хивуса, вдруг случился накат - девятый вал, шок, видео - и земную мою ногу захлестывает водой до колена. Вроде фигня, не с головой же, но почему-то обидно было. Отжала ногу как сумела, вылила воду из кроссовка и пошла в лодку есть кашу. Штаны, кстати, не просохли до самой Хатанги (что, конечно, по сравнению с тяготами и лишениями экспедиции Харитона Лаптева вообще фигня).

Лопатку было почти видно, мыс Сибирский вообще был рядом, но слово "рядом" вещь относительная. Весь день гяляли по берегу (килограмма полтора сердоликов плюсом в мою персональную карму), народ обнаружил над морем гнездо мохноногого канюка с тремя пуховыми еще птенцами - и всласть его нафотографировал; Максим нашел в тундре зуб мамонта и из жалости (или от ужаса) отдал его мне (глядя на зуб, я с изумлением чувствовала, как моё лицо делается привокзально-сиротским).

Потом ветер стал совсем уж бандитским, и наступил вечер. Поужинали, обустроились на ночлег: четверо, включая нас с Олей, в лодке на косе, двое - Максим и Виталий - на берегу озерца в палатке.

Изначально в нашем рационе предполагалась яишня, но еще на самом старте часть яиц мы раздавили, потому что постелили на них рюкзаки для удобного лежания, часть уцелевших протухла, потому что ехала в безопасном месте над лодочным обогревателем, и вот небольшую оставшуюся часть яиц Виталий отнес на ночь к берегу озерца, чтобы их не смыло штормовой волной. Подумав, я присовокупила к яйцам выторгованный лицом зуб мамонта и пошла спать.

Проснулась от того, что снаружи по лодке дубасили поленом. Стояла белая ночь, хотя она была серая, и не стояла, а скакала, орала, рвала на себе тельняшку и вообще страшно буянила. В левый борт Хивуса со всей дури лупило волной, причем от каждого удара корму лодки двигало от моря к озеру, а трос, привязанный к лебедке на носу, натягивался все больше. Я посмотрела в окна с обоих бортов по очереди и не увидела косы: вода была везде. Перемычки между озером и морем больше не существовало. Над поверхностью воды по правому борту слегка возвышалась наша парковочная палка, к которой мы были привязаны. Следующее, что я сделала, это опустила башку на рюкзак и продолжила спать, потому что мысль "да и похуй" убаюкивает человека.

Потом выяснилось, что ровно так же поступил каждый из нас. Каждый в эту ночь раз или два поднял башку, оценил обстановку, констатировал отсутствие косы и наличие палки, думал свою разновидность мысли "да и похуй" и укладывался спать дальше. Вообще, мне кажется, это был самый сладкий сон за всю экспедицию. Его не омрачил даже тот факт, что в конце концов шторм сорвал нижние крепления защитных целлулоидных окон-штор, и в лодку при каждом ударе волны наливалась прорва воды с песком и камнями. Вся эта разруха происходила по левому борту, а там у нас были ноги. В нашей экспедиции участвовали исключительно умные люди: каждый из нас догадался, что, если согнуть ноги в коленях, а колени притянуть куда-нибудь к подбородку, то камни и вода не дохлестывают.

К утру шторм немного приутих, но главным и приятным образом настало время отлива, а ночной наш экипаж сделался объектом насмешек со стороны берегового населения. "Хахаха, - веселились Максим и Виталий, тыча в нас пальцем с берега, - а как вы это сделали?"

Нос Хивуса стоял на вершине горы, корма Хивуса стояла на вершине другой горы; под днищем Хивуса, между двух этих гор - за ночь намыло две кучи гальки больше метра высотой - неслась бурная Арагва (или Кура). Это был сброс лишней воды из намывного озера.

Зуб мамонта и яйца кур пропали бесследно.

Все без исключения вещи в лодке - одежда, рюкзаки, спальники - промокли.

Фоторюкзаки с техникой уцелели, потому что ночевали возле палатки.

Фотографий к этому посту не будет, потому что у меня их нет.


ЛЬДЫ И МЕДВЕДИ
icebr
tosainu

На одной моей карточке памяти в такой последовательности фотографии идут: 1. чуток моржей; 2. ледовые поля, которых всё больше и больше, пока вся панорама ими не забилась, 3. белый медведь, 4. ледовые поля.

Честнейшая хронология.

У некоторых из нас в этот ряд событий затесалась микроскопическая медузка какого-то арктического сорта, красоты неимоверной - сама вся прозрачная в прозрачной воде, а по краям красненькое. Льды, медузка, а потом уже медведь. Медведя не оказалось только у дважды лауреата "Золотой Черепахи" Виталия Виталий Горшков и у Максим Тугучев (Max Tuguchev): не повезло. У всех остальных (у Olga Vasik и Nikolay Nidvoraevich) медведь есть. Даже у меня есть медведь, хотя я вообще не фотограф (правда, и медведь у меня так себе).

Когда - накануне - бесстрашная Оля Васик, глазами горя, высказала пожелание увидать медведя, в трагической моей голове мгновенно сложилась картинка: Оля Васик (едва не забодавшая овцебыка четырьмя днями раньше) с камерой наперевес идёт на медведя; медведь сперва изумлён и даже обескуражен, а затем не по-хорошему воодушевлён.

- Ой, - говорю, - Оля. Белый медведь, вышедший к людям - это плохой белый медведь.

Теоретическую часть подготовки к белому медведю я прошла ровно год назад на Чукотке. Думала, не пригодится; не пригодилось.

- Ну издали, - сказала Оля.
- Издали ладно, - разрешила я Оле (и медведю. Ни Оля, ни медведь меня не спрашивали).

Льды начались еще по дороге к моржам, к бухте Марии Прончищевой. Маленькие в диаметре, а больше в рост, вычурной формы типа ядерного гриба или арки, красивые и редкие посреди густой зелёной воды. Предвестники грядущего нашествия остального войска. Из-за ледовой обстановки путь в бухту Прончищевой по воде почти всегда закрыт: в июле там еще льды, в августе там уже льды. Не каждая птица долетит до середины чего-нибудь тамошнего, потому и людей там практически не бывает. Небольшое окошко нам дали - проскочить туда и обратно, но у нас лодка на воздушной подухе, нам хорошо, мы прям на ледовое поле запрыгивали в начале обратного нашего пути, когда льдов еще мало было и являли они нам экзотику - запрыгнем, вылезем из лодки, по льдине пошастаем: приятно! Под ногами наст, под ногами метра два ледяной тверди, под ногами десятки метров зеленой воды температурой +2 градуса.

Потом льдины стали учащаться, а размер их увеличиваться. Пошли целые баскетбольные площадки и даже футбольные поля, на которых громоздились торосы в человеческий рост. Всё это было щедро обоссано разными морскими личностями и плавало тучно, на глазах пожирая просветы чистой воды.



Наконец просветов не осталось совсем, и мы, спятившей лягвой проскакав к берегу по более-менее ровным льдам, зашли в устье безымянной какой-то речки и встали промеж тундровых холмов - ждать у моря погоды: в прилив, как предположили драйвер Олег и наш начальник Виталий Горшков, льды должны были разредиться (та красивая медузка обитала как раз в здешней реке - тоже, поди, льдами выдавило из моря, хехе).

Пожитки из лодки пока не доставали, а пошли погулять по недальним окрестностям. Ольга - за птичками, Максим - за рыбами, Николай - за всем; Олег лёг спать на передних сиденьях, поставив в угол, себе за голову, карабин; Виталий взял канистру и отправился искать пресную воду к обеду. Я пошла слушать льды.

Было очень тихо. Стоял вязкий штиль, который случается перед штормом - шторм обещали через сутки с небольшим, мы мечтали успеть добраться до мыса Лопатка, чтобы переждать непогоду в комфорте геологической базы (принадлежность которой мне упоминать запретили, пусть будет "одна из геологических баз", их там несколько в окрестностях). В тишине слышалась только возня льдин, которые продолжали группироваться у берега, наползая друг на друга, вытесняя друг друга в устье реки, и изредка выстреливали в воздух из каких-то своих секретных пушек.

Если прислушаться к шороху льдин, то через небольшое время начинаешь различать их интонации и удивляться тому, насколько шумно они себя ведут. Остальной мир на фоне подвижки льдов теряет дар речи, слышно только льды, видно только льды, и мысли в голове превращаются в лёд. И именно на этих звуковом, визуальном и интеллектуальном фонах Лора Б. внезапно включила идише-мамочку.

Мне вдруг сделалось беспокойно. Храбрая Оля Васик умотала куда-то за холм. Посмотрев на пустой и близкий горизонт, я вдруг заждала оттуда медведя. Его умозрительный образ недолго оставался размытым: не прошло и десятка секунд, как воображение предоставило мне четкую картинку - самый опасный и бескомпромиссный зверь Арктики где-то там, в закрытой от глаз низине, доедает Олю Васик. По белой медвежьей груди текла Олина кровища, а в двух метрах, нехорошо погрузившись в лужу, валялся разбитый Canon.

Read more...Collapse )

МОРЖИ МОРЯ ЛАПТЕВЫХ, часть 1
icebr
tosainu
Здрасьте! Буду выкладывать мелким оптом таймырские (позавчера оттуда вернулась) фоточки (и буквы, если Господь их мне ниспошлет)

Мамка и деточка
IMG_9125f.jpg

Смотреть дальше...Collapse )

И ЕЩЕ ОДИН
icebr
tosainu
Обещанные ответы на тюленьи faq-и.

Апд.
Номер яндекс-кошелька - 41001205336605
Номер киви-кошелька - 9146635101
пэйпал sarahagerzak@ya.ru


Остальные ??? под катом

???????Collapse )

________________

Спрашивайте, если что-то интересно. Этот пост будет тут висеть. Я подобное уже пробовала делать, но никто не читал, и спрашивали заново. Ну, буду давать ссылку на этот пост.

(no subject)
icebr
tosainu
Весна у нас в имении отличается одной особенностью: она каждый год проходит незаметно. Как один, можно сказать, день. Сперва удивляешься, когда топаешь в карантинник по темнотище и холодище, по хрустящему льду, или оскальзываясь на свежем снегу (в голове и снаружи неё по всем признакам еще зима, а зимой какие дела в карантиннике?), потом как-то почти сразу жара и надо всем ласты поливать, и день рождения признаком окончания мая, и хронический за три месяца недосып, и тут же почему-то видишь себя со стороны, подсчитывающей количество народу, который поедет на первый в сезоне релиз. Странное, короче, время - весна в нашем имении.

Однако вернемся к нашим прекрасным собаченькам (а не котикам, как некоторые думают). Вчера я как-то того-этого, но вот сегодня.

Фрейя.

Безусловный фаворит у hewlett, я прям боялась, что она утащит тюленя в Ирутск с собой, ей-богу! Обошлось:)

Фрейю привезли из Находки 30 марта: девушка утром делала пробежку воль берега, глядь - тюлень. По описанию вроде бы нормальный, но решили послать туда волонтера, и девушку попросили попытаться сложить тюленя в коробочку. По тому, что в коробку тюлень сложился без проблем, сделали вывод, что ойёёй. И, в общем, да: температура, поносище, ничего хорошего. Идёт такой тюлень по пелёнке, а из него хлещет. При этом ужасно детский оказался:  любопытный, совершенно неагрессивный, и такой мимими, что сил прям нет.

Вот её выгрузили и поместили в бокс:




А так Фрейя проводила свой досуг после кормления. Недели две высасывала десерт из окружающего интерьера.



А вот Юля Фадеева hewlett кормит свою фаворитку уже в открытом вольере. В ванночке, потому что воду вылили прям вместе с ребенком, но ребёнок вцепился в края, раскорячился и не выплеснулся.



Вскоре после отъезда Фадеевой (она традиционно в День Победы нас покидает), я перевела Фрейю в общий бассейн. Несмотря на то, что она еще не умела есть. Ну, вижу - заскучала девка, пора бы уже и level up, что сидеть-то. Ну и. В бассейне она первые несколько дней не ела вовсе, но выходила на сушу, когда я приносила таз рыбы. Так и кормились. Потом выходить перестала, потому что нормально дичающему тюленю неприятно, когда его человек трогает. Не выходила, но и не питалась. Потом я ее увидела, плавающую с рыбьей кишкой на усах. Потом она поймала в воде и съела кусок рыбы. Потом поймала рыбу за хвост и долго катала её по поверхности воды. Потом, в другой уже раз, я видела, как она держит рыбину за хвост и передними ластами обдирает с нее филе: в результате осталась с хребтиной в зубах, а мясо съел подоспевший Барнетт. Потом я видела, как она глотает селедку хвостом в себя. Надо сказать, до этого мне ни разу такое не показывали. Ну а потом стала как все: быстрая, ловкая, прожорливая. Прелесть девочка. Самая красивая в этом сезоне, серебристая, светленькая и какая-то ювелирная.

Фоток в бассейне нету. В воскресенье будем отлавливать двоих на релиз, возможно, придется сливать воду из одного бассейна - посмотрим. Вообще, в этом году на суше никого застать невозможно, максимум, на перемычке между бассейнами кто-нибудь спит (чаще всего, Барбара).
 

(no subject)
icebr
tosainu
Раз все на Б, то - Баррабас.
Сперва она считалась у нас парнем Баррабасом (с вечера прибытия до утра следующего дня), но оказалась девочкой Баррабаской. А раз девочка, то можно и розовую пелёнку.

Впридачу к обычной дохлости у нее обнаружилась тюленья оспа, из-за которой приходилось тыщу раз переодеваться, менять перчатки и, главное, кормить бедолагу в последнюю очередь. Но остальных миновало, слава Небесям.  Поскольку переодевальные штаны имелись только мелкого размера, кормить Баррабаску доставалось hewlett, которая, к слову, приезжала в этом сезоне третий год подряд, а так вообще четвертый раз, потому что в позапрошлом году приехала два раза:)
Еще в этом сезоне был maxxk, и как-то оно, знаете, весело было. Но я потом на этом поподробнее, а пока subj.

Баррабаска у нас в этом году самая горластая, а голос и интонации у нее как у профессиональной попрошайки. Мало того, она и коллег плохому научила! Вот, наприер, Фрейю. Посмотрите, какой слаженный дуэт.


Обычно горластых кормишь в первую очередь, чтобы остальных покормить в тишине, но пока Баррабаска болела заразой, приходилось её вопли терпеть.
Зато потом, конечно, право первой рыбы стало её эксклюзивом. Кормить её всегда было легко, правда.



Сейчас она уже с неделю живёт в бассейне и готовится к выпуску. Но это пока теоретически: мы всё ещё воем, требуя еды, когда кто-нибудь проходит мимо бассейна. С такими скиллами выпускать тюленя нежелательно:)

Привет-2
icebr
tosainu
Значит, рассказываю про Барнетта.

Забирать его с льдины возле Славянки (Хасанский район Приморья) ездили 8 марта: добры люди позвонили и сообщили, что уже третий день он там один лежит весь в кровище и воет. "Голова разбита", - так нам сказали - и мы приготовились к ужасному ужосу. "Нифига себе сезон начинается", - так мы подумали.

Ужос, меж тем, оказался (по сравнению с ожиданием) довольно тихим. Даже, можно сказать, почти и не ужасным.



То есть, рана по окружности глазницы (глаз был фиговый, конечно - сперва вообще невозможно было понять, есть он там или нет), несколько прокусов на морде и на голове, но и только. Зато прекрасная толстота, спокойный нрав и полный пакет ювенильного пуха (ау! как насчет второго войлочного тюленя из бельковой шерсти?).
Как мы решили, укусы у парня были не собачьи, а вполне себе тюленьи: куда-то делась мать, ребенок оголодал, сунулся к чужой тёте, а та его возьми в рот да и отшвырни. У них так принято. Спасибо, что не бритвочкой.
Глаз лечили, раны лечили, вылечили:

Ну, чуть-чуть не симметрично, подумаешь.

Вообще, с бельками работать просто прелесть: они очень спокойные, не успели ничего понять в этой жизни. Лечишь - он думает, так и надо. Кормишь - ну так закон ведь такой. Жопу моешь - неприятно, но не долго же.  Но потом, правда - через месяц примерно - они становятся как противные вредные подростки, даже еще хуже, только на вид приятнее. Каждый раз, как кормление, так война: побег из плена, отмораживание ушей назло маме, переворачивание на спину и поросячий визг до неба - всякое такое.  И долго-долго не учатся есть самостоятельно.

Вот очень показательный видос о нраве Барнетта: лежал себе в ванночке, туда же пришел Флинт, туда же затем бросили рыбку (к ужасу Флинта)  - и вот так вот оно всё:




Барнетт перерос душевой поддон и принимает водно-солевую (и какашечную) ванну.



Из сухого вольера в бассейн мы перевели его, когда он уже растолстел до колобкового состояния, но так и не начал жрать сам, зато окончательно утратил пищевой интерес. До этого хоть рот открывал, а потом ему и это стало без надобности: зубы сцепит и сопит. В бассейне он сперва похудел на три кило (10% от своего тогдашнего веса, между прочим), а потом начал питаться, причем, после Барбары вторым. И поныне делает это с огромным воодушевлением. А на суше я его не видела уже недели две, поэтому отдельностоящих его фотографий в бассейне у меня нету.

Барнетта мы повезем выпускать в предстоящее воскресенье. Вместе с Барбарой. Они дружат, кстати.

ПС. Люди, спасибо за поздравления! И за внимание вообще.
      

?

Log in